Упк рф ст 154

Выделение уголовного дела в отдельное производство: ст 154 УПК РФ

Упк рф ст 154

В теории уголовного права выделение уголовного дела, как и его соединение, выступает одним из самых важных методологических способов контроля объема расследования.

Соединение и разделение дел на этапе досудебного расследования – обычная процедура, но в суде — это исключительная мера.

Выделение уголовного дела в отдельное производство служит основополагающим механизмом, который повышает эффективность разрешения уголовных задач и осуществления правосудия.

Характеристика понятия

Выделение дела в отдельное производство являет собой изъятие части материалов из основного производства, в качестве самостоятельного уголовного разбирательства. Регламентирует данный механизм ст. 154 УПК РФ.

Целью данной процедуры есть концентрация внимания правоохранительных органов на конкретном субъекте правонарушения и конкретном деянии, им совершенным. Статья 154 УПК РФ задает своего рода рамки и условия, которые создают предпосылки выделять эпизод из общего производства, кроме того в содержании ст.

154 УПК РФ приводиться описание причин, необходимых для вынесения такого процессуального документа.

Большинство теоретиков утверждают, что главным условием для выделения уголовного разбирательства, должно прослужить отсутствие точек соприкосновения деяний с субъектами обвинения. Говоря простым языком, о наличии оснований для разделения можно говорить, когда в процессе досудебного расследования не определены целеполагающие принципы соединения эпизодов.

Процедура выделения обеспечивает объективность до судебного расследования путем индивидуализации фактов и отдельных категорий лиц, увеличивает скорость расследования и возможность продолжать или завершать расследование, несмотря на препятствия.

Согласно ст.154 УПК РФ выделение уголовного дела разрешено против обвиняемых, но в виде исключения предусматривает выделение в отношении подозреваемых, к примеру, это отмечается в ситуациях, где по делу нет обвиняемого, но имеется подозреваемый.

Основания для выделения

Уголовный Кодекс определяет основания для выделения нового уголовного дела, их можно разделить на основания в отношении определенных субъектов правонарушения и в отношении преступления. Для выделения отдельного дела в отношении  субъектов необходимо:

  • наличие оснований для приостановления уголовного дела по отношению к некоторым установленным соучастникам;
  • возраст обвиняемого (менее 18 лет), которого привлекли к ответственности за совершение преступных деяний вместе со взрослыми;
  • отсутствие взаимосвязи действий лиц, не связанных с нарушениями, которые вменяются в качестве вины по расследуемому делу подозреваемым или обвиняемым в совершении преступлений. Например, возбужденно криминальное разбирательство по факту поджога, в ходе расследования было установлено, что подозреваемые в совершении этого нарушения, ранее совершали кражи и разбойные нападения;
  • отказ обвиняемого от рассмотрения его дела коллегией присяжных заседателей, при наличии ходатайства о рассмотрении этого же дела с их участием, от других обвиняемых;
  • невменяемость одного из соучастников правонарушения или наступление у него психического расстройства, вследствие совершенного преступления (ст. 436 УПК РФ);
  • возражения субъектов обвинения, которые не являются военнослужащими, против рассмотрения военным судом их дела (ситуация бывает, когда в отношении остальных обвиняемых по конкретному преступлению разбирательством занимается военный суд).

Согласно установленному законодательству, разделение уголовного разбирательства должно производиться так, чтобы исключить угрозу непредвзятости и всесторонности.

Разделение – мера всегда вынужденная и нежелательная, ведь она оказывает на всеохватность расследования негативное влияние. Хотя обстоятельства разъединенных производств находятся во взаимообратной связи, и могут служить в качестве доказательства в обоих процессах.

Требуется отметить, что ведущееся уголовного разбирательство, можно разделить на несколько производств в отношении групповых преступлений, если:

  • один из соучастников не вменяем;
  • один из соучастников или несколько из них, скрываются от следствия;
  • местонахождение обвиняемых известно, но возможности привлечь их к реальной ответственности, нет;
  • один из соучастников не установлен.

Если один из соучастников всячески содействует расследованию для обеспечения его безопасности и в целях объективной оценки его действий, в его отношении будет выделено отдельного сопровождение по преступлению, совершенному вместе с другими соучастниками. В случае если обвиняемый признал свою вину, а остальные фигуранты дела молчат, в его отношении будет вестись упрощенное дознание и опять-таки, его деятельность будет выделена от общего производства.

Достаточно интересно обстоит ситуация, при которой потерпевшему были нанесены тяжелые физические травмы при грабеже.

К ответственности притягивался конкретной обвиняемый, но в ходе расследования было установлено, что он действовал не один и есть еще соучастники преступления. В этом случае, производство будет возбуждено и против них в отдельности.

Если же разбой осуществлялся группой неизвестных лиц, то определение каждого из соучастника не требует нового производства, все они будут фигурантами одного уголовного дела.

Основанием для выделения производства в отношении преступлений, является необходимость прекращения расследования по некоторым эпизодам или в отношении отдельных обвиняемых.

Сейчас речь идет о ситуации, при которой определенные эпизоды правонарушения уже полностью расследованы, а какие-то нет.

С целью избегания затягивания сроков дознания, «готовая» часть производства может быть выделена для направления в суд, в качестве отдельного уголовного производства.

Уголовное разбирательство может выделяться также для расследования нового преступления, которое было совершено теми же лицами, или в отношении другого потерпевшего.

Примером ситуации будет рассмотрение дела при изнасиловании, в ходе расследования которого, обвиняемый сознался еще и в квартирной краже. Возбуждать новое производство будут, если владелец квартиры и потерпевшая в изнасиловании, никак между собой не связаны.

В случае если в ходе квартирной кражи осуществлялось изнасилование, выделять новое обвинение не будут.

Процедура выделения дела

Процесс, который выделяют в отдельное производство, должен содержать в себе оригиналы процессуальных документов (если они не существенны для основного производства) или заваренные нотариально их копи.

В основном деле при выделении отдельного производства, остаются копии постановления о выделении эпизодов в отельное разбирательство.

Одни и те же экспертные оценки, протоколы и вещественные доказательства могут участвовать в обоих производствах в виде заверенных копий и оригиналов.

Если эпизод был выделен по новому правонарушению или по отношению другого лица, срок предварительного следствия по нему, начинает исчисляться с момента вынесения сиротствующего постановления.

Во всех других случаях срок следствия рассчитывается со дня возбуждения основного производства.

Срок содержания под стражей обвиняемых или подозреваемых  рассчитывается в порядке, установленном статьей 109 УПК РФ.

Для того чтобы осуществлялось выделение материалов дела в отдельное производство, выносится постановление, его вместе со всеми остальными материалами направляют следователи руководителю следственного органа, а дознаватели — прокурору в форме основания для возбуждения дела. Прокурор инициирует проверку, согласно ст. 144 УПК РФ и принимает решение о возбуждении или отказе в новом уголовном производстве.

Подводя итоги, можно сказать, что выделение дела в ходе досудебного расследования или в суде, редко подлежит обжалованию, так как юридические и фактические основания для данной процедуры, понятны всеми участникам расследования и судебного производства.

В судебной практике не редки жалобы на несоответствие в Конституции РФ положений уголовно-процессуального законодательства в части выделения дела, но большинство таких жалоб не отвечают критериям допустимости рассмотрения дел Конституционным судом, соответственно не принимаются вовсе.

Источник: https://yurister.ru/ugolovno-protsessualnyy-kodeks/vydelenie-ugolovnogo-dela.html

Информационный бюллетень «о требованиях упк рф при расследовании уголовных дел в отношении несовершеннолетних» — балаклава

Упк рф ст 154

УПК РФ отказался от принципа персональной подследственности, основанной на учете признака несовершеннолетия.

Действующее уголовно-процессуальное законодательство не содержит требования об обязательности предварительного следствия по уголовным делам о преступлениях несовершеннолетних.

Поэтому предварительное расследование по данной категории уголовных дел может осуществляться как в форме предварительного следствия, так и в форме дознания.

Выделение уголовного дела в отношении несовершеннолетнего в отдельное производство

В целях уменьшения опасности влияния взрослых соучастников преступления на поведение несовершеннолетнего в ходе производства по делу о преступлении, совершенном при участии несовершеннолетнего, законодатель предусматривает возможность выделения уголовного дела в отношении несовершеннолетнего, участвовавшего в совершении преступления вместе со взрослым. Согласно ст.

422 УПК РФ уголовное дело в отношении несовершеннолетнего соучастника выделяется в отдельное производство в порядке, установленном ст. 154 УПК РФ, исходя из которой выделение уголовного дела производится на основании постановления следователя или дознавателя.

Анализ приведенных норм УПК РФ не содержит прямого указания на необходимость вынесения органами предварительного расследования постановления о невозможности выделения в отдельное производство дела в отношении несовершеннолетнего обвиняемого, привлеченного к уголовной ответственности по одному делу с совершеннолетним.

Если выделение дела в отношении несовершеннолетнего в отдельное производство невозможно, то к несовершеннолетнему обвиняемому применяются правила уголовного судопроизводства, установленные в гл. 50 УПК РФ.

Избрание меры пресечения в отношении несовершеннолетнего

В отношении несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого при наличии оснований и в порядке, установленных УПК РФ, может быть избрана мера пресечения. В силу ч. 2 ст.

108 УПК РФ заключение под стражу может быть применено лишь в случаях, если несовершеннолетний подозревается, обвиняется в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления.

В исключительных случаях, как единственно возможное в данных случаях, заключение под стражу может быть избрано в отношении несовершеннолетнего, совершившего преступление средней тяжести.

Пленум Верховного Суда РФ обращает внимание правоприменителей на то, что при решении вопроса о применении этой самой строгой меры пресечения необходимо тщательно проверять обоснованность мотивов о необходимости заключения несовершеннолетнего под стражу и невозможности избрания иной более мягкой меры пресечения.

В первую очередь должна обсуждаться возможность отдачи несовершеннолетнего под присмотр в соответствии со ст. 105 УПК РФ, как об этом указано в ч. 2 ст. 423 УПК РФ. Несоблюдение этих требований закона влечет за собой признание решения об избрании заключения под стражу в отношении несовершеннолетнего незаконным и необоснованным. Также как о задержании, о заключении под стражу или продлении срока содержания под стражей несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого незамедлительно извещаются его законные представители.

Вызов и допрос несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого, подсудимого

Вызов несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого, не находящегося под стражей, к следователю, дознавателю и в суд производится через его законных представителей, а если лицо содержится в специализированном учреждении для несовершеннолетних — через администрацию этого учреждения.

Повестка о вызове несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого адресуется непосредственно ему лично, но вручается его законным представителям. В случае неявки несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого без уважительных причин он может быть доставлен принудительно.

Привод лица, не достигшего возраста шестнадцати лет, производится с уведомлением его законных представителей либо администрации по месту его работы или учебы. Вызов несовершеннолетнего подозреваемого или обвиняемого, содержащегося под стражей, осуществляется в общем порядке.

Однако законодатель установил особенности конвоирования и этапирования лиц, не достигших совершеннолетия.

Допрос несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого не может продолжаться без перерыва более 2 часов, а в общей сложности более 4 часов в день. В этом следственном действии обязательно участие защитника и законного представителя несовершеннолетнего (ст. 425 и ст. 426 УПК РФ).

Нарушение указанных положений уголовно-процессуального закона является основанием для признания показаний подозреваемого, обвиняемого, данных в отсутствие защитника или законного представителя, недопустимыми доказательствами.

В допросе несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого, не достигшего 16-летнего возраста, законодатель предусматривает обязательное участие педагога или психолога.

Педагог или психолог должен быть обязательно приглашен и в случае, если подозреваемый, обвиняемый хотя и достиг 16 лет, но страдает психическим расстройством или отстает в психическом развитии                                                  (ч. 3 ст. 425 УПК РФ).

Окончание предварительного расследования

После окончания предварительного расследования следователь или                                                                                                 дознаватель предоставляют несовершеннолетнему обвиняемому и его защитнику для ознакомления материалы уголовного дела.

Особенностью данного процессуального действия является то, что следователь, дознаватель вправе по окончании предварительного расследования вынести постановление о непредъявлении несовершеннолетнему обвиняемому для ознакомления тех материалов уголовного дела, которые могут оказать на него отрицательное воздействие.

Ознакомление с этими материалами законного представителя несовершеннолетнего обвиняемого является обязательным (ч. 3 ст. 426 УПК РФ).

Действующий уголовно-процессуальный закон предусматривает специальную форму окончания предварительного расследования по делам в отношении несовершеннолетних — прекращение уголовного преследования несовершеннолетнего с применением к нему принудительной меры воспитательного воздействия (ст. 427 УПК РФ).

Для применения принудительных мер воспитательного воздействия закон требует соблюдения ряда условий. Во-первых, преступление, за совершение которого несовершеннолетний подвергся уголовному преследованию, должно быть небольшой или средней тяжести.

Во-вторых, необходимо установить, что исправление несовершеннолетнего обвиняемого может быть достигнуто без применения наказания.

Только установление всех обстоятельств, входящих в предмет доказывания по данной категории уголовных дел, позволит следователю, дознавателю сделать вывод о возможности прекращения уголовного преследования в отношении несовершеннолетнего.

Придя к такому выводу, следователь с согласия руководителя следственного органа, а дознаватель с согласия прокурора вправе вынести постановление о прекращении уголовного преследования и возбуждении перед судом ходатайства о применении к несовершеннолетнему обвиняемому одной или нескольких принудительных мер воспитательного воздействия, перечень которых содержится в ст. 90 УК РФ. Постановление вместе с уголовным делом направляется руководителем следственного органа или прокурором в суд.

Прекращение уголовного преследования по основаниям, указанным в ч. 1 ст. 427 УПК РФ, не допускается, если несовершеннолетний обвиняемый или его законный представитель против этого возражают (ч. 6 ст. 427 УПК РФ).

В случае если в ходе предварительного следствия не будет обнаружено оснований для прекращения уголовного дела, установленных уголовно-процессуальным законом, а собранные доказательства достаточны для составления обвинительного заключения, следователь составляет обвинительное заключение и направляет его вместе с уголовным делом прокурору. Если предварительное расследование проводилось в форме дознания, в аналогичной ситуации дознаватель составляет обвинительный акт, направляет его для утверждения начальнику органа дознания, а затем вместе с материалами уголовного дела — прокурору.

Прокуратура Балаклавского района            СО по Балаклавскому району

города Севастополя                                          СУ СК России по городу Севастополя

Источник: http://sovetbalaclava.ru/informatsionnyiy-byulleten-o-trebovaniyah-upk-rf-pri-rassledovanii-ugolovnyih-del-v-otnoshenii-nesovershennoletnih/

Копия – тоже процессуальный документ

Упк рф ст 154

Согласно ч. 4 и 5 ст.

154 УПК РФ «в уголовном деле, выделенном в отдельное производство, должны содержаться подлинники или заверенные следователем или дознавателем копии процессуальных документов, имеющих значение для данного уголовного дела». «Материалы уголовного дела, выделенного в отдельное производство, допускаются в качестве доказательств по данному уголовному делу». На первый взгляд, все ясно. На деле – нет.

Оригинал постановления в деле отсутствует

В уголовном процессе фигура обвиняемого появляется после вынесения первого в отношении лица постановления о привлечении в качестве обвиняемого. Обвинение может быть неоднократно перепредъявлено. Между тем в соответствии с требованиями ст.

252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

Уже только поэтому у судей резонно возникает вопрос: вправе ли они рассматривать уголовное дело, когда в нем отсутствует подлинник постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого? Такая ситуация получается, когда, к примеру, преступление совершили двое.

Но один из преступников после привлечения его в качестве обвиняемого и предъявления обвинения скрылся от органов предварительного расследования. В отношении такого лица уголовное дело выделяется в отдельное производство.

И в выделенном уголовном деле иногда отсутствует подлинник постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого, а также протокола допроса обвиняемого. Однако в том же уголовном деле имеются копии этих документов.

Достаточно ли для суда копии постановления о привлечении в качестве обвиняемого для подтверждения предъявленного лицу обвинения?

Полагаем, предостаточно.

Юридическая сила копии постановления

В УПК РФ, постановлениях Пленума ВС РФ отсутствует запрет рассмотрения и разрешения уголовного дела, в котором нет оригинала постановления о привлечении в качестве обвиняемого. С учетом редакции ч. 4 ст. 154 УПК РФ юридическая сила копии любого процессуального документа, выделенного из уголовного дела в порядке ст. 154 УПК РФ, равна юридической силе его подлинника.

Таким образом, не может служить препятствием для рассмотрения и разрешения судом уголовного дела то обстоятельство, что в деле, ранее выделенном в отдельное производство, отсутствует оригинал постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого (любой иной подлинник документа или доказательства), если в деле имеется заверенная должным образом следователем (дознавателем) его копия.

Аналогичная подлиннику юридическая сила предусмотренной УПК РФ копии постановления о привлечении в качестве обвиняемого, полагаем, может быть подтверждена и многолетней практикой прокурорского надзора за исполнением законов органами, осуществляющими дознание и предварительное следствие, в том числе и по копиям постановлений о привлечении в качестве обвиняемого. Именно копии (а не подлинники) искомых документов, в соответствии с требованиями ч. 9 ст. 172 УПК РФ, направляются прокурору. Ни у кого не возникает сомнений в том, что они могут служить основаниями обращения прокурора с требованием об устранении согласно п. 3 ч. 2 ст. 37 УПК РФ нарушений законодательства (п. 1.7 Приказа Генпрокуратуры России от 28.12.2016 № 826 «Об организации прокурорского надзора за процессуальной деятельностью органов предварительного следствия»).

Законодатель считает, что копии постановления о привлечении в качестве обвиняемого достаточно и для осуществления защиты, и для принятия решения о направлении запроса о выдаче лица, находящегося на территории иностранного государства.

Обвиняемому и его защитнику после предъявления обвинения следователь (дознаватель) вручает копию постановления о привлечении данного лица в качестве обвиняемого (п. 2 ч. 4 ст. 47, п. 6 ч. 1 ст. 53, ч. 8 ст. 172 УПК РФ).

К запросу о выдаче прилагается копия постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого (п. 4 ч. 4 ст. 460 УПК РФ).

Документы могут быть истребованы из первого уголовного дела

К тому же в ходе исследования аналогичного вопроса Конституционный Суд РФ обратил внимание правоприменителя на то, что УПК РФ наделяет сторону защиты возможностями заявлять ходатайства (п. 5 ч. 4 ст. 47, п. 8 ч. 1 ст. 53 и ч. 4 ст. 217) в том числе об истребовании и о приобщении к делу имеющих к нему отношение материалов, дополнении материалов уголовного дела (ч. 1 ст. 219).

Если у суда либо у сторон возникает сомнение в соответствии (полной идентичности) формулировок, зафиксированных в находящейся в выделенном уголовном деле копии постановления о привлечении в качестве обвиняемого, ее подлиннику, никто не лишает суд права истребовать оригинал искомого документа из первого уголовного дела (ч. 1 ст. 253 УПК РФ).

Право сторон заявить ходатайство об истребовании документов также прямо закреплено в законе.

Мнение ЕСПЧ

Согласно п. 89 Постановления ЕСПЧ от 23.02.

2016 «Дело «Навальный и Офицеров (Navalnyy and Ofitserov) против Российской Федерации» (жалобы № 46632/13 и 28671/14) власти Российской Федерации считают использование доказательств из выделенного дела законным согласно ч. 5 ст. 154 УПК РФ в совокупности со ст. 240 УПК РФ, которая требует, чтобы приговор был основан только на доказательствах, исследованных в судебном процессе.

При таких условиях использование доказательств из выделенного уголовного дела соответствует также требованиям ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Источник: https://www.eg-online.ru/article/354072/

Курс уголовного процесса

Упк рф ст 154

Понятие пределов доказывания тесно связано с понятием предмета доказывания, хотя речь идет о разных понятиях, которые нельзя путать. Институт предмета доказывания позволяет ответить на вопрос: что подлежит доказыванию? Предмет доказывания является своего рода программой, направляющей поиск необходимых доказательств.

Институт пределов доказывания содержит ответ на другой вопрос: сколько требуется конкретных доказательств, чтобы считать предмет доказывания установленным? Иначе говоря, понятие пределов доказывания характеризует границы привлечения такого объема доказательств, которого достаточно для всестороннего, полного и объективного установления обстоятельств совершенного преступления.

Функциональная зависимость этих институтов выражается в порождении событием преступления определенных следов в сознании человека и на материальных предметах.

Собирание доказательств, в процессе которого происходит предание полученным сведениям процессуальной формы доказательства, ведется не вообще, а целенаправленно: в пределы доказывания включаются доказательства, способные устанавливать все обстоятельства предмета доказывания.

Таким образом, понятие пределов доказывания отражает количественную характеристику совокупности доказательств по конкретному делу и позволяет определить их достаточность для принятия соответствующих уголовно-процессуальных решений, в том числе итоговых.

При этом правильное определение пределов доказывания имеет большое практическое значение, так как их необоснованное сужение не позволяет выявить все обстоятельства, входящие в предмет доказывания, а необоснованное расширение приводит к появлению ненужной избыточности доказательств, лишь запутывающей оценку фактических обстоятельств дела, затягивающей процесс и увеличивающей сроки расследования (судебного разбирательства).

Установлены ли пределы доказывания в законе? На этот вопрос следует ответить отрицательно: уголовно-процессуальный закон не содержит нормы, определяющей пределы доказывания, что отличает данный институт от института предмета доказывания, в законе, напомним, закрепленного, причем исчерпывающим образом. Установлены ли в законе хотя бы минимальные пределы доказывания, т.е.

минимальная совокупность доказательств, которую требуется собрать для разрешения уголовного дела по существу? Опять-таки нет. Более того, ни пределы доказывания, ни минимальные пределы доказывания просто-напросто не могут быть установлены в законе в рамках господствующей сегодня в России теории доказательств, основанной на их свободной оценке по внутреннему убеждению (ст. 17 УПК РФ).

Любые попытки установить в законе минимальные пределы доказывания приводили бы к формализации их оценки, т.е. возвращали бы нас во времена теории формальных доказательств с сопутствующими ей правилами в духе testis urns testis nullus (один свидетель — не свидетель). Единственным исключением являются положения ч. 2 ст.

77 УПК РФ, устанавливающие минимальные пределы в виде двух доказательств в том случае, когда одним из них становится признание обвиняемым своей вины, поскольку оно в обязательном порядке должно подтверждаться как минимум еще одним доказательством.

Впрочем, о логике данной нормы, направленной на намеренную локальную формализацию оценки доказательств для того, чтобы снизить процессуальное значение признания вины и лишить органы расследования стимулов к его незаконному получению, выше уже говорилось.

Тем самым определение пределов доказывания по конкретному делу осуществляется на основании внутреннего убеждения дознавателя, следователя, прокурора, суда с учетом обстоятельств дела, его специфики, характера совершенного деяния и т.п.

В каком-то случае для установления обстоятельств, входящих в предмет доказывания, требуются тысячи доказательств, в другом случае — достаточно двух-трех или даже теоретически одного (если им не является признание вины). Помимо прочего, требования к количеству доказательств, т.е.

к пределам доказывания, не могут быть a priori закреплены в законе еще и потому, что заранее невозможно определить, какие следы будут оставлены в результате совершенного преступления, сколько свидетелей окажется на месте преступления, насколько крепка у них память и т.п.

Вместе с тем существует ряд фундаментальных положений, позволяющих правильно определить пределы доказывания по конкретному делу и не противоречащих теории свободной оценки доказательств по внутреннему убеждению.

Во-первых, к числу таких положений относится принцип материальной (объективной) истины, т.е. требование всестороннего, полного и объективного установления всех обстоятельств, подлежащих доказыванию. Хотя, как отмечалось выше, сегодня в законе нет нормы, аналогичной ст.

20 УПК РСФСР, УПК РФ постоянно напоминает об обязанности органов расследования обеспечить его всесторонность, полноту и объективность (ч. 4 ст. 152 УПК РФ, ч. 2 ст. 154 УПК РФ и др.).

На то же самое обращал внимание, причем применительно не только к органам расследования, но и к суду, Конституционный Суд РФ, например, в Постановлении от 8 декабря 2003 г. № 18-П.

Во-вторых, любое уголовно-процессуальное решение, не говоря уже о решении по существу уголовного дела (приговоре), должно быть обоснованным, т.е. подтверждаться достаточной совокупностью доказательств.

Обязанность органов расследования и суда обосновывать посредством доказательств свои решения служит гарантией процессуальной невозможности намеренного снижения требований к пределам доказывания (надлежащей совокупности доказательств) со ссылкой на ничем не подтвержденное «внутреннее убеждение».

В-третьих, недопустимо искусственное дублирование доказательств с целью механического увеличения их количества. Например, повторные допросы свидетелей без цели выяснения дополнительных обстоятельств или разного рода механизмы очередного «закрепления» уже полученных доказательств являются лишь имитацией доказывания и не приводят к реальному увеличению его пределов.

В-четвертых, известное значение в ограничении пределов доказывания имеют общеизвестные, преюдициально установленные или презюмируемые законом факты, Так, в процессе установления обстоятельств дела определенное значение приобретают различного рода факты физического, гносеологического, исторического, экономического, социального, политического характера; факты, касающиеся закономерностей развития природы и общества; факты стихийного или иного общественного действия и т.д. Подобного рода факты именуются общеизвестными. К ним относятся не только знания о том, что Земля круглая, вода мокрая, днем светло, ночью темно, человек не может одновременно находиться в двух различных точках пространства и т.д., но и информация о засухах, катастрофах, наводнениях, войнах, террористических актах и др. Общеизвестность этих фактов во многом зависит от времени, прошедшего после события, распространенности информации о нем в определенной местности. Что касается презумпций, то речь идет о знании, которое влияет на принятие процессуальных решений, но не входит в предмет доказывания и не является средством установления входящих в него обстоятельств. Презумпция используется при условии установления фактов, с которыми закон связывает принятие определенных решений. Скажем, презумпция невиновности (ст. 49 Конституции РФ, ст. 14 УПК РФ) не входит в предмет доказывания, так как невиновность не доказывается. Она презюмируется законом. Презумпция невиновности не является средством доказывания обстоятельств, от которых зависит решение по существу. Значение ее состоит в определении правового положения обвиняемого при производстве по делу, а также возложении обязанности доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, на сторону обвинения. Если приговором суда, вступившим в законную силу, будет установлена виновность подсудимого, то действие презумпции невиновности прекращается. Если в ходе предварительного расследования или судебного разбирательства, несмотря на выполнение всех действий, необходимых для установления обстоятельств, входящих в предмет доказывания, у следователя или суда не сложилось твердое убеждение в виновности обвиняемого в совершении преступления, то применяется презумптивное положение о толковании неустранимых сомнений в виновности лица в пользу обвиняемого. В этом случае следователь прекращает уголовное преследование обвиняемого (п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ), а суд выносит оправдательный приговор (п. 2 ч. 2 ст. 302 УПК РФ). Таким образом, презюмируемые, преюдициальные и общеизвестные факты, как правило, не доказываются. Это сужает объем необходимых доказательств и влияет на пределы доказывания.

Институт пределов доказывания неразрывно связан с понятием достаточности доказательств. В каком-то смысле можно говорить, что речь идет о «двух сторонах одной медали». Разница разве что в акцентах.

Если в понятии пределов доказывания упор делается на целеполагании (сколько доказательств потребуется собрать, чтобы считать предмет доказывания установленным?), то в понятии «достаточности» — на оценке уже собраныых доказательств (достаточно ли их?).

Так, УПК РФ определяет, что все собранные доказательства в совокупности оцениваются с точки зрения их достаточности для разрешения уголовного дела (ч. 1 ст. 88).

При этом понятие достаточности доказательств возникает не только при разрешении уголовного дела, но и при принятии других уголовно-процессуальных решений — о привлечении в качестве обвиняемого, о заключении под стражу, о прекращении уголовного дела и т.д., поскольку все эти решения должны быть обоснованными.

Другое дело, что разными могут быть требования к объему необходимых доказательств (их достаточности), что зависит от характера уголовно-процессуального решения, оснований его принятия, стадии, на которой оно принимается, и др.

В то же время закон не случайно упоминает о достаточности доказательств применительно именно к разрешению уголовного дела, ведь постановление приговора является квинтэссенцией оценки доказательств в целом и оценки их достаточности в частности.

Поскольку закон рассматривает достаточность как свойство не отдельно взятого доказательства, а их совокупности, то оценивать можно лишь достаточность всех доказательств, собранных по делу.

При этом понятие «совокупности» не следует оценивать арифметически как некий минимальный набор доказательств в духе теории формальных доказательств (дескать, доказательств должно быть непременно несколько, иначе нет совокупности).

Под совокупностью законодатель имеет в виду все собранные по делу и признанные относимыми, допустимыми, достоверными доказательства, независимо оттого, о какой количественной величине идет речь.

Иначе говоря, если в деле имеется даже одно доброкачественное (относимое, допустимое и достоверное) доказательство, то и оно должно быть оценено с точки зрения его достаточности для разрешения дела или принятия какого-либо иного уголовно-процессуального решения.

Также надо учитывать, что доказательства нередко противоречат друг другу. Поэтому достаточность доказательств для разрешения дела следует отличать от достаточности доказательств для постановления обвинительного приговора.

Скажем, для разрешения дела доказательств достаточно (их совокупность выглядит внушительно), а для постановления обвинительного приговора — нет (имеющиеся обвинительные доказательства не вызывают у суда внутреннего убеждения в виновности).

Возможна и иная ситуация, когда исчерпаны все возможности для собирания доказательств, которых явно недостаточно для постановления обвинительного приговора, однако вполне достаточно для постановления оправдательного приговора, поскольку обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность, и все неустранимые сомнения должны толковаться в его пользу.

В целом следует иметь в виду, что учение о достаточности доказательств формировалось прежде всего как попытка теоретического ответа на вопрос о совокупности доказательств, достаточных для постановления обвинительного приговора. После отказа от характерных для инквизиционного процесса теорий в духе «оставления в подозрении», т.е.

в современных условиях, применительно к оправдательному приговору сама постановка вопроса о достаточности доказательств выглядит некорректно, так как для его постановления доказательств не требуется вовсе. Иначе говоря, ни о какой «достаточности» или «недостаточности» речь здесь идти не может. Этот нюанс следует учитывать при толковании ч. 1 ст.

88 УПК РФ.

Источник: https://isfic.info/ugpro/prockurs77.htm

Упк рф ст 19

Упк рф ст 154

1. Повод для возбуждения уголовного дела — это сообщение о совершенном, совершаемом или готовящемся преступлении, полученное из предусмотренного комментируемой статьей источника, прием которого обязывает органы расследования (а по делам частного обвинения — судью) приступить к процессуальной деятельности.

О заявлении см. ком. к ст. 141, о явке с повинной — к ст. 142.

2. Сообщение о преступлении, полученное из иных источников как повод для возбуждения дела, в действительности предстает в виде рапорта об обнаружении признаков преступления (п. 43 ст. 5, ст. 143 УПК). Информация о преступлении не влечет обязанности совершения процессуальных действий до тех пор, пока она не попала в поле зрения правоохранительных органов и не будет оформлена в виде рапорта.

3. В соответствии с ФЗ от 28.12.

2010 N 404-ФЗ постановление прокурора о направлении соответствующих материалов в орган предварительного расследования для решения вопроса об уголовном преследовании является самостоятельным поводом для возбуждения уголовного дела, соответственно такое постановление подлежит соответствующей регистрации и процессуальной проверке и не нуждается в каком-либо дополнительном оформлении рапортом.

Прокурор может составить данное постановление в результате осуществления общего надзора за соблюдением законности или рассмотрения обращения граждан (ст. 10 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации»). Представляется, что предусмотренное ч. 2 ст. 144 УПК поручение прокурора также должно оформляться постановлением в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 140.

При этом особое значение постановления прокурора как повода для возбуждения дела подчеркивается тем, что по результатам его рассмотрения в возбуждении дела может быть отказано следователем только с согласия руководителя СО (ч. 1.1 ст. 148 УПК). Эти нормы призваны в какой то мере компенсировать отсутствие у прокурора права самостоятельно возбуждать уголовное дело.

4. Часть 1.1 ком. статьи (введенной ФЗ от 06.12.2011 N 407-ФЗ) ограничивает поводы для возбуждения уголовных дел о преступлениях, предусмотренных ст. ст. 198 — 199.2, УК лишь материалами налоговых органов. Такие материалы являются особой разновидностью заявления о преступлении и должны быть получены в соответствии с Налоговым кодексом РФ.

Данная норма направлена на предотвращение необоснованных проверок органами публичного уголовного преследования добросовестных налогоплательщиков, однако — за счет снижения эффективности уголовного преследования по данным видам преступлений.

То есть по смыслу данной нормы налоговый орган становится единственным «надлежащим обвинителем» (уполномоченным инициировать уголовно-процессуальную деятельность, предусмотренную ст. 144 УПК).

Вместе с тем данная норма не запрещает в целях защиты общества от преступных посягательств направлять в налоговые органы результаты ОРД, в ходе которой были выявлены признаки налоговых преступлений, с тем чтобы соответствующие материалы были учтены при решении вопроса об инициировании уголовного преследования самим налоговым органом.

5. В качестве основания для возбуждения дела Кодекс называет наличие достаточных данных, указывающих на признаки преступления. Толковать данную норму необходимо с учетом следующих обстоятельств:

а) данных должно быть достаточно для вероятного вывода о наличии преступления.

Решение о возбуждении уголовного дела является вспомогательным, промежуточным, поэтому может быть основано на предположительно установленных фактах.

Для возбуждения дела достаточно обоснованного предположения, что преступление могло быть. Вероятный характер оснований обусловливает приблизительную квалификацию преступления при возбуждении уголовного дела;

б) данные должны указывать на признаки преступления: общественную опасность, виновность, противоправность, наказуемость (ч. 1 ст. 14 УК). Для возбуждения дела не требуется выявить все признаки состава преступления, это задача последующих стадий.

Признаки преступления на стадии возбуждения дела, прежде всего, выявляются путем установления объекта и объективной стороны состава преступления (по терминологии УПК — события преступления). Субъект и субъективная сторона состава преступления могут предполагаться.

Например, обнаружен труп человека с признаками насильственной смерти. Это является основанием для возбуждения дела по факту обнаружения трупа (вне зависимости от установления субъекта преступления, его возраста, вменяемости, формы вины).

Акцент комментируемой нормы не на самом преступлении, а на его признаках позволяет считать правильной формулировку о том, что дело возбуждается не по факту кражи (т.е. самого преступления), а по факту пропажи (т.е. признаков преступления).

+Читать далее…

6. По общему правилу уголовное дело возбуждается по факту совершения деяния, содержащего признаки преступления. Закон не связывает возбуждение дела с признаками субъекта преступления (лица, совершившего деяние). Однако в ряде случаев УПК предусматривает возбуждение уголовного дела в отношении лица (п. 1 ч. 1 ст. 46, п. 2 ч. 3 ст. 49, ч. 4 ст.

146, ч. 3 ст. 154, ч. 6 ст. 318, ч. 1 ст. 448). В связи с возможностью возбуждения дела в отношении лица содержание ч. 2 ст. 140 УПК следует признать пробельным и подлежащим расширительному толкованию. Если уголовное дело возбуждается в отношении лица, то основанием для его возбуждения (кроме указанных в ч. 2 ст.

140 УПК данных) являются достаточные данные, указывающие на совершение деяния данным лицом. При этом для обеспечения права на защиту при наличии таких данных орган дознания, дознаватель или следователь обязаны возбуждать дело в отношении лица, а не по факту. Тогда соответствующее лицо приобретает статус подозреваемого (ч. 1 ст.

46) и имеет право получить копию постановления о возбуждении дела. Уголовное дело всегда должно возбуждаться в отношении конкретных лиц по признакам таких преступлений, которые могут быть совершены точно определенным лицом (например, злостное уклонение от уплаты средств на содержание детей или нетрудоспособных родителей — ст.

157 УК; отказ свидетеля или потерпевшего от дачи показаний — ст. 308 УК и др.).

1. Поводами для возбуждения уголовного дела служат:

1) заявление о преступлении;

2) явка с повинной;

3) сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников;

4) постановление прокурора о направлении соответствующих материалов в орган предварительного расследования для решения вопроса об уголовном преследовании.

1.1. Утратила силу.

1.2. Поводом для возбуждения уголовного дела о преступлениях, предусмотренных статьей 172.

1 Уголовного кодекса Российской Федерации, служат только те материалы, которые направлены Центральным банком Российской Федерации в соответствии с Федеральным законом от 10 июля 2002 года N 86-ФЗ «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)», а также конкурсным управляющим (ликвидатором) финансовой организации для решения вопроса о возбуждении уголовного дела.

2. Основанием для возбуждения уголовного дела является наличие достаточных данных, указывающих на признаки преступления.

Источник: https://daniladunaev.ru/upk-rf-st-19/

Административный округ
Добавить комментарий