Приоритет прав человека статья конституции

Принцип приоритета прав и свобод человека

Приоритет прав человека статья конституции

Приоритет прав и свобод человека и гражданина обладает непосредственным юридическим значением.

Замечание 1

Приоритет прав и свобод человека в качестве принципа означает, что главное в составе законности, работе аппарата государства, всех его органов и должностных лиц — это уважение и общая защита прав граждан, включая борьбу с их нарушениями. Указанной задаче подчиняется все остальное.

Статья 2 Конституции РФ включает положение о том, что человек, его права и свободы должны являться высшей ценностью. Приоритет прав человека, включая признание, соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина является в соответствии с Конституцией обязанностью государства.

Конституционная норма (статья 18) подчеркивает: «Права и свободы человека и гражданина» являются действующими непосредственно. Именно они определяют смысл, содержание и использование законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления. Их обеспечение происходит с помощью правосудия.

Принцип верховенства закона действует в любом демократическом правовом государстве, где присутствует безусловный приоритет закона над другими нормативными правовыми актами, которые носят подзаконный (подчиненный по отношению к закону) характер.

Они издаются исключительно на основе закона и в соответствии с ним, развивая и конкретизируя его. Это положение является непременным условием подлинной, а не декларируемой законности, составляющим элементом политико-правовой культуры общества.

Никто не способен возвышаться над законом, исключать его воздействие.

Верховенство закона можно объяснить тем, что он напрямую выражает волю народа как единственного источника власти.

Закон обладает высшей юридической силой, может быть принят в особом порядке только законодательными (представительными) органами. Ни цари, ни короли и ни президенты не наделены правом издавать законы.

Особенное место в числе законов определено за Конституцией как основным законом страны. Строгое следование ей представлено конституционной законностью.

Нарушение принципа верховенства закона, иерархии нормативно-правовых актов, игнорирование положений Конституции представляет собой острую проблему, которая требует безотлагательных действий. Без этого замедляется формирование и развитие правового государства в РФ.

Принцип взаимосвязи законности и культурности

Суть принципа связи между культурностью и законностью представляет собой зеркальное отражение общей культуры права, включая его граждан. Неуважение к законам, их нарушение, правовой нигилизм являются худшими проявлениями некультурности, отражают отсталость и незрелость страны.

По этой причине упрочение законности можно считать важным средством поднятия уровня культуры как отдельной личности, так и всего общества.

Замечание 2

Таким образом, формируется их правосознание. Напротив, рост культурного развития общества, всех граждан положительно отражается на состоянии законности, способствуя воспитанию индивида в духе соблюдения законодательных и подзаконных актов. Чем выше уровень культуры, чем выше ее развитие, тем прочнее и стабильнее законность. Это ведет к установлению порядка в обществе.

Рассмотрение принципа единства

Принцип единства концентрируется на эффективном противодействии местничеству, региональному влиянию, ведомтсвенности. Законность в случае видения в ней соблюдения законов, должна обладать единством для всех и на всей территории государства. Она не должна быть различной для разных зон, а может являться только единой всероссийской.

Проблема единства законности в больше мере обострилась в 1990-х годах по причине роста регионального сепаратизма в нашей стране. Тогда для России было характерно противостояние, одностороннее понимание самостоятельности, настроений отсутствия подчиненности центру.

Для того чтобы преодолеть эти отрицательные тенденции понадобилась твердая общефедеральная законность, которая могла обеспечивать единое правовое пространство, одинаковую защиту прав и свобод, соблюдение конституционных норм, государственную целостность.

Сегодня нельзя допустить, чтобы отдельный регион, город, а тем более отдельная организация провозглашала «свою» (региональную, заводскую, республиканскую) законность.

Вывод 1

Единство законности не должно способствовать ранжированию и созданию шаблонов в правотворчестве и правоприменении; бюрократическому централизму, сковыванию инициативы мест. Все это возможно лишь в рамках закона.

Если вы заметили ошибку в тексте, пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter

Источник: https://zaochnik.com/spravochnik/pravo/pravovedenie/printsip-prioriteta-prav-i-svobod-cheloveka/

Выступление Уполномоченного на парламентских слушаниях, посвященных 25-летию Конституции Российской Федерации

Приоритет прав человека статья конституции

21 ноября в Совете Федерации Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации Татьяна Москалькова приняла участие в парламентских слушаниях на тему «К 25-летию Конституции Российской Федерации. Вопросы обеспечения гарантий прав и свобод человека и гражданина».

Татьяна Москалькова подчеркнула значимость Конституции Российской Федерации в изменении системы базовых ценностей жизни общества, а также отметила важность Основного закона страны в становлении института Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации.

Уважаемые коллеги, уважаемые гости!

2018 год является знаменательным не только для правозащитного сообщества, но и для всего человечества. В этом году исполняется 25-летие Конституции Российской Федерации, которая изменила систему базовых ценностей жизни общества, в том числе подход к пониманию прав и свобод человека и гражданина.

Конституция Российской Федерации окончательно вписала российскую правовую систему в международно-правовые стандарты. В ней четко зафиксирована сущность России как демократического, правового, социального государства.

В первую очередь в ней закреплены роль и место прав и свобод: они провозглашены на конституционном уровне высшей ценностью, а их соблюдение и защита — обязанностью государства.

Права и свободы принадлежат каждому от рождения, неотчуждаемы и не могут быть произвольно ограничены.

Наряду с непосредственным провозглашением прав и свобод человека в Главе 2 Конституции Российской Федерации, закрепление гарантий прав человека находит отражение в иных главах Основного закона.

Идеей прав человека пронизаны положения об основах конституционного строя (Глава 1), о государственном устройстве и разграничении полномочий между федеральной и региональной властью (Глава 3); о системе органов государственной власти, гарантирующей возможность человека участвовать в управлении государством, а также создающей на основе системы сдержек и противовесов механизм защиты личности (главы 4–7); о местном самоуправлении (глава 8). Даже в главе 9, устанавливающей порядок внесения изменений в российскую Конституцию, заложена важнейшая правозащитная функция — она служит устойчивости прав человека, не позволяя лишить человека прав посредством внесения поправок в конституционные положения о правах и свободах человека и гражданина, об основах конституционного строя.

Воплощение в жизнь идеи приоритета прав и свобод человека требует создания и развития соответствующих условий: это и социально-экономическое развитие общества, и модернизация правозащитных механизмов, и совершенствование законодательства, которое активно ведется на протяжении всех 25 лет с момента принятия Конституции Российской Федерации.

Однако приходится констатировать, что государственные органы применяют Конституцию преимущественно опосредованным образом, через конкретизирующие ее отраслевые нормы права. Это порождает в отдельных случаях разрыв между конституционной нормой и практикой ее воплощения в жизнь.

Данный вывод подтверждается многочисленными жалобами, которые поступают к федеральному и региональным уполномоченным по правам человека.

Защищенность прав человека не в полной мере отвечает ожиданиям современного российского общества. Об этом свидетельствуют данные опроса ФОМ, проведенного по просьбе Уполномоченного по правам человека.

Ответы россиян по вопросу полноты реализации основных прав и свобод весьма сдержанные. Уровень соблюдения прав и свобод как плохой оценили половина опрошенных (52%).

Чуть больше трети граждан (35%) оценивают его на «хорошо».

В современной России внутренние угрозы правам человека главным образом лежат в плоскости правоприменения — реализации норм, закрепленных в Конституции и федеральном законодательстве. Проблемы, с которыми сталкиваются граждане при реализации своих прав и свобод, требуют пристального внимания к гарантиям их соблюдения и защиты. Одной из таких гарантий выступает деятельность Уполномоченного.

Конституция 1993 года впервые в российской истории учредила должность Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации.

В развитие конституциональных положений в 1997 году был принят Федеральный конституционный закон «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации», а 22 мая 1998 года в России был избран первый Уполномоченный.

Учредив должность Уполномоченного, Российская Федерация возложила на него осуществление независимой государственной защиты прав и свобод человека и гражданина, гарантированной каждому частью 1 статьи 45 Конституции Российской Федерации, и обеспечение их постоянного приоритета и верховенства в своем государственном строительстве.

Институт омбудсмена, которому в этом году исполнилось 20 лет, доказал свою востребованность и значимость.

С 1998 года к Уполномоченному по правам человека в Российской Федерации в общей сложности поступило около миллиона обращений (969 597). Из них в прошлом году — 41 тыс. Несмотря на встречающиеся на пути защиты прав и свобод трудности, за это время удалось восстановить права многих тысяч российских граждан, иностранных граждан и лиц без гражданства.

За 9 месяцев 2018 года к Уполномоченному поступило 27664 жалоб, что на 12,1% меньше, чем за аналогичный период прошлого года (31472), из них 1322, что составляет 4,78% — коллективные.

Уменьшение числа обращений связано, в первую очередь с кропотливой работой по совершенствованию законодательства о правах и свободах человека и гражданина, где ключевую роль играет сотрудничество государства и гражданского общества.

В результате рассмотрения как индивидуальных, так и коллективных обращений по итогам 9 месяцев 2018 года восстановлены права более 65 тыс. граждан, по 14 обращениям осуществлена защита неопределенного круга лиц.

Наибольшее число обращений в 2018 году поступило по вопросам защиты социально-экономических прав (более 9 тыс.), а также в сфере уголовно-процессуального (более 7 тыс.) и уголовно исполнительного законодательства (более 2 тыс.).

Из всего блока социальной проблематики ежегодно большинство жалоб поступает по вопросам соблюдения жилищных и трудовых прав граждан.

Людей волнуют вопросы предоставления жилья инвалидам, детям-сиротам, военнослужащим, роста платы за коммунальные услуги, нарушения работодателями прав работников на справедливую и своевременную оплату груда, соблюдение пенсионных прав, ненадлежащего качества и доступности медицинской помощи и лекарственного обеспечения, получения гражданства.

Среди «кричащих тем» можно также выделить право на жизнь (20 погибших и 52 раненых в Керчи), право на безопасную окружающую среду.

Наибольшее количество в сфере уголовно-процессуального и уголовно-исполнительного законодательств составляют обращения о пересмотре приговоров, определений и постановлений, вступивших в законную силу (2 856), в связи с отказом в возбуждении уголовного дела (1 317), а также по вопросам условий отбывания наказания в исправительных учреждениях (1 359). В центре пристального внимания Уполномоченного остаются вопросы государственной политики в отношении содержания женщин с детьми в учреждениях уголовно-исполнительной системы. В целях ее совершенствования Уполномоченный принял непосредственное участие в разработке Федерального закона «О внесении изменений в Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации», установившего значительное количество преференций женщинам, отбывающим наказание в местах принудительного содержания.

Отдельного внимания заслуживают вопросы провозглашенных Конституцией гарантий обеспечения каждому государственной защиты его прав и свобод, а также доступного и справедливого правосудия.

Среди главных угроз правам человека выделяю: недоступность правосудия, пренебрежительное отношение к закону, ложное представление о корпоративных интересах в правоохранительной сфере, черствость и бездушие должностных лиц, работающих с гражданами, размытость нравственных ориентиров, недостаточно высокий уровень правового просвещения.

Еще раз отмечу, что основной задачей государства для признания прав человека является создание условий и гарантий для их реализации.

Выполнение задачи повышения качества жизни россиян, установления социальной справедливости и юридического равенства требует Системного подхода к организации и осуществлению правозащитной деятельности.

На мой взгляд, необходима разработка и принятие комплексной программы, включающей план ее реализации, позволяющей преодолеть фрагментарность регулирования в сфере защиты прав человека, создать условия для согласованных действий органов государственной власти, органов местного самоуправления и общественных организаций.

Таким комплексным документом может стать Национальная стратегия государственной политики в сфере соблюдения и защиты прав человека, составной частью которой станет развитие правозащитной деятельности и взаимодействия институтов гражданского общества.

В рамках подготовки и реализации Стратегии необходима выработка критериев оценки эффективной деятельности государственных органов и правозащитных институтов.

В настоящее время мною совместно с региональными уполномоченными и экспертным сообществом ведется работа по формированию таких критериев.

Востребованной является работа по дальнейшему совершенствованию законодательства, расширяющего инструментарий Уполномоченного.

Речь идет о федеральном законе «Об общих принципах организации деятельности уполномоченных по правам человека», подготовленном Советом Федерации при участии Уполномоченного и внесенном в Государственную Думу 25 октября.

Введение единых стандартов регулирования полномочий и гарантий деятельности региональных уполномоченных позволит установить равные возможности для жителей различных регионов, обращающихся за защитой своих прав.

Другой законопроект, над которым начинается совместная работа с Комитетом Совета Федерации, — это внесение изменений в ФКЗ «Об Уполномоченном по правам человека в РФ», который уточнит компетенцию Уполномоченного, расширит инструментарий его деятельности, определит собственную компетенцию рабочего аппарата.

Материалы по теме:

Источник: http://ombudsmanrf.org/news/novosti_upolnomochennogo/view/vystuplenie_upolnomochennogo_na_parlamentskikh_slushanijakh_posvjashhennykh_25letiju_konstitucii_rossijskoj_federacii

Статья 2 Конституции Российской Федерации

Приоритет прав человека статья конституции

Последняя редакция Статьи 2 Конституции РФ гласит:

Человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина — обязанность государства.

Комментарий к Ст. 2 КРФ

Статья 2 раскрывает важнейшую сторону содержащейся в ст. 1 характеристики РФ как правового государства. Одним из важнейших признаков такого государства является выраженное в этой статье провозглашение человека, его прав и свобод высшей ценностью.

Это единственная высшая конституционная ценность; все остальные общественные ценности (в том числе обязанности человека) такой конституционной оценки не получили и, следовательно, располагаются по отношению к ней на более низкой ступени и не могут ей противоречить.

Только в отдельных, специально оговоренных в Конституции РФ исключительных случаях, при особых, как правило временных, обстоятельствах отдельные права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены (например, ст. 55, 56).

Провозглашение прав и свобод человека и гражданина высшей ценностью явилось важным новшеством в конституционном праве и во всем законодательстве России. Ранее верховенство всегда принадлежало государственным интересам. В советское время они отождествлялись с «общественными» интересами, которым требовалось подчинять индивидуальные и коллективные личные права и интересы.

Подчеркивание прав и свобод человека как высшей ценности, признаваемой, соблюдаемой и защищаемой государством, не означает и не допускает какого-то принижения государства.

Напротив, эта обязанность правового государства может значительно повысить его авторитет и значение в жизни общества, в организации социально-экономической и культурной жизни.

Разумеется, при условии, если эти необходимые общественные функции государства будут полно и последовательно исполняться.

Статья 2 Конституции вводит в действие в нашей стране высшие правовые принципы, выработанные демократическими движениями и закрепленные конституционным опытом народов Западной Европы, США и многих других стран, осуществляет стремления либеральных и демократических движений России по крайней мере с начала XIX в.

Этот мировой опыт обобщен рядом международно-правовых актов, в разное время признанных Россией и обязательных также для нее. Это Устав ООН 1945 г., Всеобщая декларация прав человека 1948 г., Международный пакт о гражданских и политических правах, а также Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах 1966 г.

, Устав Совета Европы, Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод 1950 г. и др.

Обладателями (субъектами) этих прав и свобод являются каждый человек (т.е. гражданин России, иностранный гражданин или лицо без гражданства), каждый гражданин РФ, а в точном определении, в осуществлении и защите прав и свобод участвует и государство — РФ.

Различие между человеком и гражданином как носителями прав и свобод ясно выражено в тексте Конституции. Права и свободы человека принадлежат и гражданину РФ, и лицу, не являющемуся российским гражданином.

В этом смысле Конституция определяет круг носителей таких прав словами «все», «каждый», «лицо» («…имеет право» и т.п.) или словом «никто» («…не должен подвергаться…» и т.п.) (например, ст.

19-30, 34, 35, 37, 39-51, 53, 54 и др.).

В тех же многочисленных случаях, когда речь идет о правах и свободах, прежде всего политических, принадлежащих только гражданам РФ, статьи Конституции прямо указывают на это (например, ст. 31-33, 59-62). В отдельных случаях Конституция особо говорит о правах иностранных граждан и лиц без гражданства (например, ч. 1 ст. 63).

Представляется неосновательной теоретическая трактовка ст. 2 Конституции как только «декларативной нормы», не порождающей конкретных правоотношений и не являющейся основанием для защиты человеком своих прав и свобод в суде (см.: Баглай М.В. Конституционное право Российской Федерации. М., 2001. С. 11).

Статья 2 не часть преамбулы, не содержащей прямых правовых предписаний. Напротив, это важнейшая основа конституционного строя, которой, как и другим положениям гл. 1, никакие другие положения Конституции РФ 1993 г.

не могут противоречить; это означает, что другие положения Конституции должны прежде всего ей соответствовать, как и основанные на них законы и подзаконные акты.

Устанавливая общую обязанность государства признавать, соблюдать и защищать права и свободы человека и гражданина, Конституция тем самым требует от каждого органа государственной власти в пределах его компетенции принимать все необходимые меры (законодательные, исполнительные и судебные) по защите прав и свобод общего характера, а от каждого должностного лица этих органов в пределах его компетенции конкретно действовать в этом же смысле. Статья 2 Конституции Российской Федерации предоставляет право всем гражданам, общественным объединениям, средствам массовой информации и т.д. предусмотренное Конституцией и законом право требовать информацию, обжаловать бездействие и незаконные действия органов государства и их должностных лиц. Статья 2 — конституционное основание для мобилизации всех правовых возможностей всех звеньев и работников государственного аппарата для полной и первоочередной защиты прав каждого человека и гражданина. Каждый орган государства и каждый чиновник в своей сфере имеют и должны строжайшим образом исполнять свои правозащитные обязанности. Их систематические грубые нарушения требуют принятия всех таких мер, а вовсе не отрицания высшей юридической силы ст. 2, как и всей Конституции РФ. Ведь многие важнейшие положения международного и конституционного права тоже нередко имеют весьма общий и абстрактный характер и конкретизируются многими другими правовыми положениями; но это не дает оснований отрицать принципиальное правовое значение таких положений.

Конституция 1993 г. впервые ограничила роль государства в установлении прав человека и гражданина. Конституция исходит из того, что государство не дарует, не предоставляет людям их основные, т.е. конституционные, права и свободы. Они принадлежат людям от рождения: как сказано далее в ст. 17, права и свободы человека неотчуждаемы, т.е.

они не могут быть приобретены (даже от государства) и не могут быть никому переданы (ч. 2 ст. 17). Поэтому даже отказ от них недействителен.

Точно так же права гражданина в полном объеме приобретаются в большинстве случаев с рождением (в некоторых случаях с принятием российского гражданства), достижением определенного возраста и являются столь же неотчуждаемыми.

Однако Конституция значительно повысила роль и ответственность государства в обеспечении полного соблюдения и защиты этих прав и свобод.

Российская Федерация приняла на себя обязанность признавать, соблюдать и защищать права и свободы человека и гражданина, ограждать их от любого незаконного вмешательства или ограничения.

Вместе с тем это вовсе не значит, что государство вовсе воздерживается от вмешательства в сферу прав и свобод граждан или во все их отношения, складывающиеся в гражданском обществе.

Напротив, не вмешиваясь без объективной потребности в эти отношения, оно обязано не допускать злоупотребления правами и свободами, ибо их осуществление не должно нарушать права и свободы других лиц (ст. 17), в том числе их всеобщие законные интересы.

Признавая конституционные права и свободы граждан, государство в своих законах конкретно определяет содержание, объем, пределы этих прав, гарантии их соблюдения, а также обязанности человека (например, уплата налогов, охрана окружающей среды) и гражданина (военная служба, возможность ее замены альтернативной гражданской службой и др.). Одни эти права и свободы иногда могут вступать с другими правами и свободами (например, с правом собственности, личными свободами) в некоторое противоречие, которое общество и государство должны разрешать в соответствии с конституционными правами и свободами. Они могут, а иногда и обязаны поощрять такое осуществление прав и свобод, которое в наибольшей степени соответствует их политическим, социальным, экономическим, экологическим, культурным задачам и функциям.

Соотношение понятий «право» и «свобода» характеризуется прежде всего тем, что в значительной степени это синонимы; то и другое — субъективное право любого человека или только гражданина России.

Но иногда между ними проводится различие. Иногда «правом» называют юридическую возможность требовать чего-то от властей и других лиц, а «свободой» — возможность действовать без государственного вмешательства. Эта искусственная конструкция слишком резко отделает права от свобод.

Нередко термином «свобода» обозначаются более широкие возможности индивидуального выбора без указания на его конкретный результат. Такое указание предоставляло бы уже «право». При этом «право» может самой Конституцией РФ быть включено в состав «свободы».

Так, статьей 28 не только установлена «свобода совести, свобода вероисповедания», но в состав этой свободы включено «право исповедовать индивидуально или совместно с другими любую религию или не исповедовать никакой, свободно выбирать, иметь и распространять религиозные и иные убеждения и действовать в соответствии с ними». Нередко свободами называют только политические права или другие группы прав, признаваемые наиболее важными.

Следует уделить внимание и вопросу о соотношении и взаимосвязи прав и свобод с обязанностями, также устанавливаемыми Конституцией. В иерархии конституционных предписаний верховенство явно принадлежит правам и свободам; об этом говорит текст ст. 2 и заглавие гл. 2 КРФ.

В них об обязанностях человека и гражданина не упоминается вовсе, хотя в конце текста гл. 2 есть несколько статей о таких обязанностях.

Это значит, что конституционные права и свободы сводят обязанности, в том числе перед государством, к необходимому минимуму, а обязанности могут в некоторой (определяемой Конституцией, а на ее основании — законом) степени ограничивать многие, хотя и не все права и свободы.

В некоторых статьях Конституции также раздельно говорится об обязанностях человека, т.е. «каждого», которые, как правило, нуждаются в конкретизации законом применительно к отдельным группам их носителей.

Конституционная обязанность государства признавать, соблюдать и защищать права и свободы человека и гражданина состоит в создании условий для их реализации и механизма для их защиты.

Обеспечение таких условий и защита прав и свобод человека и гражданина входят в функции всех органов государственной власти и органов местного самоуправления, статус которых определяется государством посредством закона. Статья 18, входящая в состав гл.

2 Конституции, устанавливает, что права человека и гражданина являются непосредственно действующими и определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечивается правосудием.

Этой статье по ее смыслу, по-видимому, лучше было бы находиться в гл. 1 (вероятно, в составе ст. 2 в качестве ее части); это, в соответствии со ст. 16, увеличивало бы ее обязательность для всех органов государственной власти и органов местного самоуправления, т.е. для гл. 2-8 Конституции.

Для осуществления государством его обязанностей по защите прав и свобод человека и гражданина Конституция предусматривает широкий набор гарантий этих прав и соответствующих юридических процедур (см. комментарии к ст. 33, 45-57, 59, 60, 82, ч. 1 п. «е», ст. 114, п. 4 ст. 125 и др.).

Особую роль в защите прав и свобод человека и гражданина от нарушения органами государственной власти и органами местного самоуправления, а также другими лицами играют органы судебной власти. Предусмотрен Конституцией и орган, который занимается только данной проблемой, — Уполномоченный по правам человека.

Однако довольно активная деятельность Уполномоченного по правам человека не исключает необходимости скорейшего полного исполнения конституционного положения о создании системы административного судопроизводства (ст. 118, ч. 2).

Независимые и беспристрастные административные суды — необходимое средство для укрепления законности деятельности государственных органов текущего управления (главным образом аппарата исполнительной власти), должностные лица которых нередко в своих действиях и решениях проявляют бюрократические наклонности к произволу, беззаконию, волоките и даже коррупции. Нынешнее отнесение разрешения споров из административных отношений к сфере гражданского, а не административного судопроизводства и подчинение их его принципам в составе ГПК противоречит ст. 118 Конституции и недостаточно способствует преодолению пороков аппарата исполнительной власти, нетерпимость которых неоднократно отмечал Президент РФ В.В. Путин.

Остается настоятельной необходимость преодолеть различные проявления недооценки значения прав и свобод человека и гражданина, недостаточное их признание, неполное соблюдение, слабую защищенность, систематические нарушения, которые были неоднократно констатированы органами Совета Европы (СЕ), подготавливавшими вступление России в его состав. Вслед за принятием в феврале 1996 г. двух федеральных законов — о присоединении РФ к Уставу СЕ и о ее присоединении к ряду других документов СЕ — 28 февраля 1996 г. Россия подписала и вскоре ратифицировала Европейскую конвенцию о защите прав человека и основных свобод 1950 г. Конвенция и ряд протоколов к ней стали частью российской правовой системы согласно ч. 4 ст. 15 Конституции РФ. Парламентская ассамблея СЕ в сотрудничестве с Федеральным Собранием РФ продолжает осуществлять меры рекомендательного и контрольного характера, касающиеся совершенствования политических, правовых, социальных, административных и иных отношений, прежде всего в области охраны и защиты прав человека в России. Растущее число дел о нарушениях этих прав, ответчиком по которым выступает РФ, также подтверждает настоятельную необходимость значительно усилить работу всех звеньев государственного механизма по полному признанию, соблюдению и защите конституционных прав человека и гражданина, чего требует статья 2 Конституции РФ.

Источник: http://constitutionrf.ru/rzd-1/gl-1/st-2-krf

Приоритет прав человека

Приоритет прав человека статья конституции

Важно иметь в виду, что Конституция признает человека, его права и свободы в качестве высшей ценности именно для государства, подчеркивая, что признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина — обязанность государства (ст. 2) и что эти права определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления, обеспечиваются правосудием (ст. 18).

Закрепление этого принципа в Основном законе страны было призвано преодолеть характерную для России общинную системоцентристскую идеологию и переломить многовековую традицию доминирования общего (коллективного, общественного, государственного) интереса над личным, которая на практике всегда означала подавление частного, личного начала интересами власти и властвующих субъектов. В рамках прежней российской концепции приоритета государства над личностью населению фактически отводилась роль бесправного средства в руках бесконтрольной власти для укрепления ею своего могущества, расширения и удержания территории своего государства. Социализм существенно усилил эту тенденцию к превалированию так называемого общественного интереса, выразителем которого выступала КПСС, полностью подчинив ему интересы личности.

Такое понимание проблемы соотношения личного и общественного блага с большим трудом преодолевается в нашей современной политической и правовой практике. Даже в теории права и в конституционном правоведении принцип приоритета прав человека до сих пор оспаривается рядом авторов как якобы «общественно опасный тезис», «антиобщественная позиция».

В связи с этим уместно вспомнить слова выдающегося русского юриста П. И. Новгородцева.

В своей работе с актуальным для нашего времени названием «Демократия на распутье» он говорил, отстаивая ценность права в дискуссии со своими оппонентами, что «самое дорогое и ценное для всей юридической науки — это доверие к идее права».

Именно доверия к самой идее права, которое в конечном счете всегда есть право человека, не хватает тем, кто оспаривает конституционное положение о правах человека как высшей ценности.

В основе такого оспаривания лежит представление о некоем «особенном», «самобытном» российском праве, не укладывающемся в рамки западноевропейской доктрины прав человека. Эту самобытность обычно связывают с особым подходом к вопросу о соотношении прав человека с ценностями нравственного, религиозного, идеологического и иного порядка.

Между тем конституционный тезис о приоритете прав человека вовсе не означает, что общество в системе своих ценностных ориентаций должно ставить правовые ценности выше нравственных, религиозных и т. д.

Речь идет лишь о том, что права человека — это высшая ценность для государства, которое обязано признавать, соблюдать и защищать права и свободы человека и гражданина.

Поэтому права и свободы, как того требует Конституция, определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

Принцип приоритета прав личности для государства перед другими социальными ценностями обозначает, таким образом, гуманистический, человекоцентристский характер идеологии, положенной в основу российской Конституции. Эти идеи были заложены еще в ст.

2 французской Декларации прав человека и гражданина 1789 г., которая гласит: «Цель каждого политического союза составляет обеспечение естественных и неотчуждаемых прав человека». Потому что только в сфере действия права человек может реализовать свою свободу, т. е.

выразить свою сущность как разумного носителя свободной воли.

В соответствии с Конституцией (ч. 1 ст. 17) в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права.

Тем самым фиксируется то обстоятельство, что в России права и свободы трактуются в русле того подхода, который сложился в международном сообществе, и соответствуют международным стандартам прав человека. При этом согласно ч. 4 ст.

15 Конституции общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации, касающиеся прав и свобод человека и гражданина, являются составной частью ее правовой системы и имеют приоритет в системе законов Российской Федерации.

В этих формулировках конституционного текста нашло свою нормативную конкретизацию положение преамбулы Конституции о том, что многонациональный российский народ сознает себя частью мирового сообщества.

Указанные конституционные положения имеют особое значение в контексте правового смысла нормы ч. 2 ст. 17 Конституции, согласно которой основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения. Это новая для России естественноправовая конструкция, которая подчеркивает безусловный и первичный характер прав человека.

Еще одно важнейшее положение, раскрывающее базовую суть правовой концепции Конституции, содержится в ч. 3 ст. 17, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Данное положение восходит к так называемой негативной формулировке фундаментального «золотого правила» нормативной регуляции: «Не поступайте по отношению к людям так, как вы не хотели бы, чтобы люди поступали по отношению к вам».

В плоскости правового подхода эта формула означает, что человек в обществе свободен до тех пор, пока он не вторгается в сферу свободы другого человека.

При этом трактовка сущности права как формального равенства означает, что система прирожденных и неотчуждаемых прав, основанная на общепризнанных международным сообществом принципах и нормах, за которыми по договоренности признается правовой характер, не является безусловным эталоном. Таким эталоном служат не исторически изменчивые по своему набору и конкретному содержанию естественные права человека, а лежащий в их основе принцип формального равенства.

Кроме ч. 3 ст. 17 Конституции, где правовой принцип формального равенства получил свое содержательное выражение, этот принцип закреплен также в ч. 1 ст. 19 (все равны перед законом и судом), ч. 2 ст.

19 (равенство прав и свобод независимо от пола, расы, национальности, языка и других обстоятельств), ч. 4 ст. 13 (общественные объединения равны перед законом), ч. 2 ст.

14 (религиозные объединения равны перед законом) и др.

Важное место в системе норм, конкретизирующих конституционно-правовой принцип приоритета прав человека, занимают положения ст. 55 и 56 Конституции РФ, определяющие критерии ограничения данных прав.

Особую нагрузку при этом несет положение Конституции, согласно которому права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (ч. 3 ст. 55).

Если рассматривать эту норму в отрыве от конституционных положений, содержащихся в ст. 2, 17, 18 и др., то можно прийти к выводу, что права человека могут быть ограничены федеральным законом для защиты ценностей общего блага без каких-либо существенных оговорок и что степень этих ограничений задана лишь мерой необходимости защиты указанных конституционных ценностей.

Специалисты (теоретики и практики), которые именно так трактуют данную норму, обычно ссылаются на содержащиеся в международно-правовых документах положения о возможности ограничения прав человека для защиты ценностей общего блага.

Между тем подобные ссылки не вполне корректны, поскольку в рамках западноевропейской философско-правовой традиции, положенной в основу этих документов, общее благо трактуется не как нечто стоящее над благом отдельного человека, а как общее условие возможности блага каждого отдельного человека.

Конституционный Суд, учитывая то обстоятельство, что российская традиция подчинения индивидуального начала коллективному в сочетании с общими положениями Конституции об условиях ограничения прав и свобод на практике таит опасность их неоправданно широкого толкования и установления чрезмерных ограничений, выработал ряд правовых позиций, касающихся допустимого ограничения прав и свобод человека и гражданина. При этом Суд опирался на системное толкование конституционного текста, опыт собственной практики, а также практики Европейского Суда по правам человека и европейского конституционного правосудия в целом.

В соответствии с выработанными Конституционным Судом правовыми позициями ограничение законом основных прав человека возможно лишь при соблюдении таких критериев, как соразмерность ограничений конституционно признаваемым целям и сохранение существа и реального содержания права.

Конституционными основаниями для такой трактовки критериев ограничения прав человека послужили положения ч. 3 ст. 55 Конституции о том, что права человека могут быть ограничены только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты конституционных ценностей, а также ч. 2 ст. 55, содержащей запрет на умаление прав и свобод человека и гражданина, т. е.

запрет затрагивать основное содержание данного права, посягать на само его существо.

Особое место в рамках рассматриваемой конституционно-правовой проблематики занимают вопросы, связанные с содержательной интерпретацией права человека на достоинство. В Конституции это право получило закрепление в ч. 1 ст.

21, которая гласит: «Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления».

Вопрос о соотношении права на достоинство и права государства на вторжение в сферу основных прав и свобод гражданина является одним из основных в доктрине и практике верховенства права.

Одной из важнейших тенденций правового развития человечества после Второй мировой войны является конституционная позитивация (конституционализация) естественных (прирожденных и неотчуждаемых) прав человека, трансформирующая принцип приоритета прав человека в принцип верховенства правового закона.

Положения о правах и свободах человека, закрепленные в Конституции страны, выступают в качестве правового стандарта для действующего законодательства, критерия оценки его правового (или неправового) характера и имеют общерегулятивное значение для правовой системы.

Выражая права и свободы человека и гражданина в форме правового закона (в широком смысле этого слова, включающем в себя все общеобязательные властные установления), государство выступает как правовая организация публичной власти свободных индивидов, устанавливающая законодательно закрепленный правопорядок, в основе которого лежит принцип приоритета прав человека.

При этом самоограничение государства созданными им самим законами предстает не как его «связанность» собственным произволом, а как подчинение норме правового закона, выражающей общую волю народа. В рамках правового государства такой характер содержания закона предопределяется правовым порядком его выработки, принятия, легитимации и реализации.

С позиций такого подхода очевидна неприемлемость все еще бытующих в нашей теории и практике представлений о правовом государстве как о государстве законности, диктатуры закона и т. п. Речь должна идти о верховенстве именно правовых законов и складывающемся на этом основании режиме правовой законности.

Различение права и закона было бы неверно понимать так, будто право в действительности есть нечто существующее само по себе, помимо закона. В рамках национального правопорядка закон есть логически наиболее цивилизованная и необходимая форма права как выражение суверенной воли законодателя.

Понятие «правовой закон» означает его существенное качество, отвечающее критерию права как нормы свободы, выраженной в принципах формального равенства и равноправия.

Понятие же «неправовой закон» означает несоответствие такого закона правовым критериям, в том числе касающимся процедуры принятия закона.

Принципиальным является то, что в рамках российского конституционного правопорядка даже такой «плохой» закон подлежит действию до тех пор, пока он официально не отменен по воле самого законодателя или в особой процедуре конституционного контроля не признан неконституционным.

Таким образом, конституционно-правовые основы верховенства правового закона заданы прежде всего всей совокупностью конституционных норм, регламентирующих политические права граждан, правовой статус Президента РФ, полномочия парламента, правовые основы судебной системы и т. д.

Кроме того, в Конституции принцип верховенства правового закона получил нормативное выражение в ст.

15, согласно которой Конституция имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории Российской Федерации; правовые акты, принимаемые в Российской Федерации, не должны противоречить Конституции; органы государственной власти и местного самоуправления, должностные лица, граждане и их объединения обязаны соблюдать Конституцию и законы.

Поскольку Конституция — это правовой по своей сути нормативный документ, в основе которого лежит принцип приоритета прав человека, то основанное на ней законодательство (в той мере, в какой оно соответствует конституционным положениям) имеет правовую природу.

Дополнительной гарантией правового характера Конституции как Основного правового закона страны и базирующейся на ней всей системы законодательства является положение ч. 4 ст.

15, согласно которому общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы.

Вместе с естественным правом, получившим выражение в общепризнанных принципах и нормах международного права, Конституция образует фундамент всей правовой системы.

Она призвана создавать такой порядок, при котором не расходились бы закон и право.

В этом смысле понятия верховенство Конституции и верховенство права (включая приоритет прав человека и верховенство правового закона) можно рассматривать как тождественные.

Источник: https://studref.com/502552/pravo/prioritet_prav_cheloveka

Административный округ
Добавить комментарий